Царю Лаю и не снилось А был ли эдипов комплекс

Дорогой эдипов комплекс

Сама эдипова теория нехитрая, хотя сто лет назад она казалась полным безумием. Название комплекса взято из древнегреческого мифа о царе Эдипе в пересказе Софокла, где Эдип, не ведая того, убивает своего отца и женится на матери.

Как это понимал Фрейд, мальчик между 3 и 5 годами испытывает желание обладать (что бы это ни значило) матерью и открывает, что у него есть могущественный соперник в виде папы. Он хочет устранить отца и мечтает о его убийстве. В то же время он боится наказания в виде кастрации. Наконец, этот конфликт разрешается по типу «стокгольмского синдрома»: мальчик идентифицируется с агрессором-папой, вытесняя из сознания влечение к маме. Тогда запреты папы порождают Супер-Эго (часть психики, говорящую: «Ты (не) должен»), а мальчик попадает в класс существ мужского пола. Без успешного прохождения этой фазы выросшего мальчика ждут неприятности: скажем, он может стать агрессивным мачо или асоциальным бунтовщиком.

Эдипов комплекс (или, если сказать правильнее, конфликт) оживает во всех любовных треугольниках, в отношениях с начальником, в страхах относительно любого рода импотенции и особенно в кабинете психоаналитика (который может стать в переносе отцовской фигурой и помочь заново пережить и осознать этот конфликт — и тем самым стать свободнее от него). Это важнейшая вещь для всего ордена фрейдистов, отец-основатель которого говорил: «…В эдиповом комплексе совпадает начало религии, нравственности, общественности и искусства в полном согласии с данными психоанализа, по которым этот комплекс составляет ядро всех неврозов» («Тотем и табу», 1913).

Кстати, тут речь почему-то шла только о мальчиках. А девочки? А девочки — потом, ниже.

Наука докажет?

Может, нам тут поможет эмпирическая наука? За сто с лишним лет после появления теории психоанализа было проведено несколько тысяч исследований, связанных с его постулатами, в том числе и относительно эдипова комплекса. Скажем, недавно венгерские ученые пытались оценить, насколько партнер взрослого испытуемого походит на его родителя противоположного пола. Иными словами, если меня привлекают женщины, похожие на мою маму, а их привлекают мужчины, похожие на их отцов, это косвенно говорит о том, что в нас живут и продолжают работать инцестуозные желания. Исследователи получили вроде бы сенсационные результаты, но потом кто-то в них усомнился, перепроверил, и в конечном итоге данные были признаны неубедительными.

Другие исследователи намного раньше проверяли, переносят ли мальчики около 5 лет позитивные чувства с матери на отца (чего следовало бы ожидать, если прав Фрейд). Эксперименты этого не показали. Зато другие исследования продемонстрировали, что дети хорошо осознают свой пол до «генитальной фазы», не слушаясь теории Фрейда.

А в общем и целом эдипова теория не подтверждается и не опровергается исследованиями. Самих фрейдистов это не очень смущало. Хотя основоположник их учения уверял, что психоанализ строго научен, это какая-то иная наука — назовем ее условно эвристической. В принципе, подобным образом работают археолог, историк или литературовед. Те системы, что они изучают, нельзя исследовать экспериментом, ими нельзя манипулировать, как подопытным кроликом. Ученый создает общую картину, в которой отдельные факты занимают (или не желают занять) свое место.

Беда в том, что тут много субъективного, а критериев проверки нет. Психоаналитик скажет непосвященному: «Вы не можете тут ничего понять вообще, потому что сами не подвергались анализу». И ведь правда, есть вещи, которые не понять «снаружи», такие как вкус апельсина или езда на велосипеде, любовь или страдание. Это делает психоанализ недоступным для суда, хотя не доказывает его неправоты.

Случаи Фрейда

Фрейд же считал своим основным научным методом глубокое изучение пациентов. Его теории основываются на описаниях, и многие находят эти отчеты блестящими и убедительными. Однако любопытные люди вникли в эти исследования. Фрейд скрывал и маскировал описанных им пациентов, что понятно и вполне оправданно с точки зрения этики. Но многих из них можно было идентифицировать и спросить, как им работалось с Фрейдом. Оказалось, во многих случаях интерпретация Фрейда исправляла реальность и подгоняла ее под правильные идеи. Вот пара примеров — причем оба случая крайне важны для строительства эдиповой теории.

Это, во-первых, так называемый Человек-волк. Он оказался, как ни странно, крупным землевладельцем родом из Одессы Сергеем Панкеевым. В 1910–14 годах Панкеев лечился у Фрейда: это (по описанию Фрейда) была блестящая терапия с великими открытиями. Сам же Панкеев позднее утверждал, что она не принесла никакого улучшения, и продолжал лечиться от того же еще около 60 лет, причем, что поразительно, тоже у психоаналитиков! Фрейд уделил много внимания ключевому сну Панкеева, в котором белые волки сидят на дереве напротив окна. Отсюда Фрейд делает гениальный вывод: это зашифрованное воспоминание о травмирующей сцене, когда мальчик стал нечаянным свидетелем полового акта между родителями. Сам же Панкеев, говоря об этом много лет спустя, возмущался этим толкованием по одной банальной причине: все дети его социального статуса спали в отдельных покоях с нянями и никак не могли бы добраться до родительской спальни.

Другим наиважнейшим для эдиповой теории случаем был Маленький Ганс, с которым тоже удалось поговорить много десятилетий спустя. Сам он мало что помнил об анализе, но, как выясняется, в основном Фрейд общался с мальчиком через отца, который не был беспристрастным наблюдателем, потому что знал теорию психоанализа и восхищался ей. Тут тоже участвовали животные, на этот раз домашние: у Ганса появилась фобия лошадей. В результате кропотливого анализа Фрейд приходит к весомому выводу: за этим скрывался страх перед отцом и страх кастрации. Хотя там, как выясняется, могло быть и другое объяснение: городской мальчик, проводя лето в деревне, впервые узнал, что лошадь может кусаться.

Тут видно, что случаи по меньшей мере неоднозначны и что даже самый добросовестный эвристический исследователь рискует увидеть в них отражение своей любимой теории.

Всеобщая ценность?

«Меня озарила одна идея, имеющая всеобщую ценность. Я нашел это и у себя: любовь к матери и ревность к отцу, — и сегодня думаю, что это универсальное событие раннего детства», — это строки из частного письма Фрейда от 1897 года (то есть написанные за 10 с лишним лет до того, как он заявил публике об эдиповой теории). Он находил эдипов комплекс у себя, у своих пациентов, в мифах, в «Братьях Карамазовых», в происхождении монотеизма и везде и свято верил в его универсальность.

Антрополог Бронислав Малиновский, изучавший жизнь некоторых племен в Океании, нашел племя, где дисциплиной детей занимались не отцы, но дяди. Так что тут предмет эдиповой ревности (отец) был отделен от воспитателя. В своей книге «Секс и вытеснение в обществе дикарей» (1927) он утверждал, что в этом сообществе объектом страхов детей был не тот, кто спит с мамой, но дядя. Так что, может быть, даже если ребенок и участвует в драматичном треугольнике, сексуальность тут вообще ни при чем?

«Племенем», которое изучал Фрейд в период зарождения его великих теорий, были в основном венские женщины из среднего класса около начала XX века, и он сам отмечал, что его метод трудно приложить к рабочим и крестьянам, которые не склонны облекать в слова свои бессознательные конфликты. И есть еще много иных культур и нестандартных ситуаций, скажем, богатые дети, которые тесно общаются только с нянями, как Панкеев, дети при бабушках, мальчики без отцов. И наконец, бывают — девочки, да!

Я бы назвал девочек ахиллесовой пятой эдипова комплекса, но так не скажу, дабы не громоздить мифологические сущности. Красивая универсальная теория требовала симметрии: хорошая фрейдистская девочка должна стремиться к папе и ненавидеть маму. Но с симметрией тут дело обстоит плохо, быть может, потому что мама слишком важна для маленьких детей любого пола. Фрейд добавил кое-что специфическое для девочек: они, оказывается, испытывают зависть к пенису, а потом успокаиваются, понимая, что утраченный мужской орган заменит ребенок, которого они родят. Гм. Тут я становлюсь ярым феминистом. Кроме того, что оно неправдоподобно, это описание неполноценности девочки отражает культуру угнетения и мужской шовинизм. Психоаналитик Карен Хорни в ответ придумала «зависть к утробе», которая терзает бессознательное мальчиков, не способных родить ребенка. Как бы то ни было, тут я теряю веру в универсальный эдипов комплекс человечества.

Но он работает…

Иной прагматичный аналитик скажет мне: «В конце концов, не так важно, что вы думаете о пресловутом комплексе. Важно, что его обсуждение работает, разговоры о нем реально помогают пациентам жить лучше». И ведь это чистая правда.

Было проведено множество исследований эффективности всевозможных психотерапий. В целом из них можно сделать два важных для нас вывода. Во-первых, психотерапии, включая психоанализ, действительно работают — они эффективнее плацебо или эффекта «со временем само пройдет». Слава Фрейду, породившему разговорные терапии!

Но вторая вещь свидетельствует скорее не в пользу эдипова комплекса. Оказалось, разговорные психотерапии (оставим в стороне бихевиористские дрессировки и лекарства) эффективны независимо от теории психотерапевта. То есть неважно, рассказывает ли лежащий на кушетке пациент психоаналитику о том, как «вдруг из маминой из спальни», или он рисует красками на полу и говорит о своем желании изменить мир и быть любимым, — это все равно помогает. Там работают какие-то иные факторы, а не правильные теории.

Так что я не знаю, есть ли у меня эдипов комплекс. Конечно, если бы я пошел к психоаналитику, лучше было бы им обзавестись, хотя это дорогое удовольствие.

Источник

Мой эдипов комплекс анализ

Эволюция взглядов на половую идентичность

Рассмотрены современные теории и взгляды на половую идентичность, особенности половой дифференцировки и половой идентичности у детей. Проблема половой дифференцировки мозга и гендерных ролей у детей остается одной из ведущих в психологии, генетике и педиа

На разных исторических этапах развития социума представления о мужском и женском началах претерпевали уточнения и дополнения параллельно с трансформацией индивидуального и общественного сознания.

Этнокультурная трансформация взглядов на половую идентичность оформилась в работах многих отечественных и зарубежных исследователей. Но данных относительно формирования личности детей крайне мало. Принято считать, что формирование гармоничного для пола поведения подразумевает одновременное восприятие ребенком обеих ролей: мужской у отца и женской у матери. Полоролевая идентификация происходит не только через копирование аналогичной роли взрослого, но и путем противопоставления роли родителя другого пола. Возникают вопросы об особенностях половой дифференцировки, половой идентичности у детей с нарушениями формирования пола.

В современных работах по психологии пола выделяют ряд характеристик полоролевого поведения: половая идентичность, гендерная роль, маскулинность, фемининность и другие.

Под половой идентичностью принято понимать переживание и осознание человеком своей половой принадлежности, физиологических, психологических и социальных особенностей своего пола. Являясь аспектом личностной идентичности, половая идентичность определяет освоение половой роли, влияет на все поведение и развитие личности.

Феномен половой идентичности в первую очередь связан с соматическими признаками, на основе которых формируется идентичность человека как представителя определенного пола. Феномен психологического пола наряду с биологическими основами включает в себя психологические и поведенческие проявления личности как индикаторы мужского и женского, наполняющие содержанием аспект самосознания, связанный с полом [1].

Понятие пола является многокомпонентным физиологическим явлением, к составляющим которого относятся генетический, гонадный, фенотипический и психологический пол. Лишь при соответствии всех составляющих можно говорить о правильном формировании пола, в то время как несоответствие их ведет к различным вариантам нарушения формирования пола (НФП). Данная проблема осложняется необходимостью прогнозирования психологического пола, который должен соответствовать выбранному анатомическому, ибо несоответствие последнего останется причиной дискомфорта повзрослевшего пациента, стимулирующей к перемене пола либо драматическим решениям, связанным с перманентным психоэмоциональным стрессом.

В. Г. Каган под половой идентичностью понимал соотнесение личности с телесными, психофизиологическими и социокультурными значениями маскулинности и фемининности [2].

Гендерная роль, которую усваивает ребенок при половой социализации, представляет собой дифференциацию деятельности, статусов, прав и обязанностей индивидов в зависимости от их половой принадлежности. По сути они представляют собой систему ожиданий, нормативов, моделей поведения, которую индивид должен усвоить и соответствовать ей, чтобы его признавали представителем того или иного пола. Гендерные роли нормативны, их сутью является выражение определенных социальных ожиданий, проявляющихся в поведении. На уровне культуры они существуют в контексте определенной системы половой символики и стереотипов маскулинности и фемининности. Гендерные роли всегда связаны с определенной нормативной системой, которую личность усваивает и преломляет в своем сознании и поведении.

Читайте также:  РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЗАБОЛЕВАЕМОСТИ И СМЕРТНОСТИ ОТ БОЛЕЗНЕЙ СИСТЕМЫ КРОВООБРАЩЕНИЯ

Первую теорию пола опубликовал З. Фрейд в 1914 г. в работе «Групповая психология и анализ эго». Согласно теории З. Фрейда, пол формируется как результат прохождения ребенком эдипова комплекса у мальчиков или комплекса Электры у девочек. Так, в возрасте 3–6 лет дети начинают испытывать бессознательные сексуальные влечения к родителю противоположного пола и амбивалентное ревниво-враждебное чувство к родителю своего пола, желая занять его место в обладании объекта, на который направлены эротические чувства.

Дети не в состоянии вести прямую борьбу с родителем-соперником, и, в конечном счете, мальчик в символическом плане отождествляется с отцом, которым он хочет быть возле матери, и перенимает особенности мужского поведения, систему моральных норм и ценностей взрослого мужчины. Также и девочка, бессознательно имитируя свою соперницу — мать, копирует ее, овладевая женской моделью поведения. Тем самым Фрейд определяет процесс идентичности как стремление сформировать собственное «я» по подобию другого, взятого за образец.

Половая идентичность нейтральна при рождении и формируется в раннем детстве конструктами социума, а социальный пол, который человек получил прижизненно, имеет большее значение, чем биологический пол.

Источником данной теории является бихевиоризм. Представители этого направления в психологии считали поведение человека результатом позитивного и негативного подкрепления. Эти убеждения составили фундамент теории половой типизации. Согласно этой теории родители и другие люди поощряют мальчиков за поведение, которое принято считать мальчишеским, и осуждают их, когда они ведут себя «женственно», девочки же, напротив, получают положительное подкрепление за фемининное поведение и отрицательное — за маскулинное [1]. В рамках социального направления работали такие ученые, как А. Бандура, Дж. Белотти, С. Х. Джеклин, К. Леви, М. Мид, П. Муссен, Т. Парсонс, Т. Н. Саарно, Р. Хэвигхерст.

Формирование половой идентичности у ребенка главным образом зависит от общего интеллектуального уровня развития. Эти взгляды составили теорию самокатегоризации. Согласно ей ребенок сначала усваивает представление о том, что значит быть мужчиной или женщиной, затем определяет и себя в качестве представителя того или иного пола, после чего старается согласовать свое представление согласно имеющимся у него представлениям о своей половой идентичности.

В когнитивной теории Л. Колберга идентификация заключается в том, что ребенок сначала узнает, что существуют два пола. Затем включает себя в одну из двух категорий и, наконец, на основе самоопределения ребенок руководит своим поведением, выбирая и предпочитая те или иные формы. В результате у ребенка формируется устойчивое осознание своего пола. Это означает, что он осознает его постоянным во всех ситуациях.

Согласно теории биосоциального подхода в основе формирования гендерной идентичности лежит биологический пол, который в свою очередь задает программу воспитания, зависящую от возраста и пола детей. Первоначально в процессе идентификации определяющую роль играет представитель своего пола в роли взрослого, затем большое значение приобретают сверстники. В результате выбор гендерной идентичности осуществляется в пользу анатомически предопределенного пола.

В случае, когда дифференцировка мозга и гонад не сонаправлены, возможно возникновение такого состояния, как транссексуализм. Транссексуализм характеризуется выраженной убежденностью принадлежности к противоположному полу в отсутствие анатомических нарушений, свидетельствующих о НФП. Данная убежденность имеет биологическую причину и не является результатом воздействия социальной среды. Ощущение транссексуальности впервые выражается в раннем детстве, но лишь 23% случаев ведут к транссексуализму во взрослом возрасте. Распространенность транссексуализма «мужской пол в женский пол» 1:30 000, «женский пол в мужской пол» — 1:10 000 [3].

В отечественных психолого-педагогических работах первоначально «половая идентичность» рассматривалась как внутренняя динамичная структура, интегрирующая отдельные стороны личности, связанные с осознанием и переживанием себя как представителя определенного пола.

Особый подход к определению половой идентичности имела С. Бэм. По ее мнению, половая идентичность представляет собой схемы, которые ребенок принимает к своему «я». Ребенок принимает только те формы поведения, которые подкрепляются взрослыми как принятые в данной культуре в отношении мужчины или женщины.

Модель гендерной идентичности андрогинии, разработанная С. Бэм, утверждает, что в маскулинной идентичности мужчин могут присутствовать и фемининные характеристики, а фемининная идентичность женщин может включать в себя и маскулинные черты.

Андрогинная личность успешно сочетает в себе как традиционно мужские, так и традиционно женские психологические качества. Андрогинную личность можно сформировать только в том случае, если родители в процессе воспитания будут поощрять ребенка в усвоении моделей поведения как мужских, так и женских.

Главную мысль, которую хотела донести С. Бэм в своей концепции, это то, что в сообществе людей существуют представители не только двух полов.

Согласно гормональной теории пола, формирование принадлежности к тому или иному полу напрямую зависит от преобладания андрогенов или эстрогенов в организме ребенка, при этом генетическому и фенотипическому полу как определяющим факторам половой идентичности придается второстепенное значение.

Для половой дифференцировки мозга у людей крайне важно прямое действие тестостерона. Например, мужчины с дефицитом ароматазы и, как следствие, дефицитом эстрогенов не имеют каких-либо проблем половой идентификации [4, 5].

Считается, что сексуальная дифференцировка человеческого мозга определяется в два периода, во время которых наблюдаются диморфные пики уровня тестостерона — во время беременности и перинатального периода. Начиная с полового созревания и далее гормоны вызывают активацию определенных нейрональных сетей, таким образом, изменяя функцию ранее организованных нейронных систем и поведенческие образцы, которые формируются намного раньше в онтогенезе [6].

К нарушениям половой идентичности относятся транссексуализм, трансгендеризм, интерсексуализм. К признакам нарушений половой идентичности у детей относятся стремление к принятию облика другого пола, влюбленность в людей своего пола, идентификация с персонажами другого пола в восприятии произведений литературы и искусства и т. д. [2].

На современном этапе известно, что вклад гормонов в этот процесс существенен, но не является единственно значимым. Множество генетических факторов выходят на первый план половой дифференцировки мозга еще задолго до активации гормонов. Генетические и эпигенетические факторы играют немаловажную роль в половой дифференцировке мозга.

Множество научных исследований по данной тематике свидетельствуют, что половые гормоны играют важную роль в половой дифференцировке мозга. Однако наиболее вероятно, что гормональные и генетические пути переплетены и зависят друг от друга [7]. Например, ген андрогенового рецептора располагается на Х-хромосоме, и его экспрессия сексуально диморфна. Этот рецептор связывает андрогены, циркулирующие в разных концентрациях. Следовательно, развитие мозга будет зависеть от объединенной функции уровня экспрессии гена данного рецептора и концентраций андрогенов [8]. Исходя из этого, должны существовать и другие объяснения явлению транссексуальности, и это требует новых исследований.

Во время внутриутробного развития головной мозг плода подвергается половой дифференцировке под воздействием многих факторов, наиболее изученными из которых являются половые гормоны [9, 10]. Таким образом, сексуальная ориентация и половая самоидентификация запрограммированы в структурах мозга еще задолго до рождения ребенка.

Сторонники теории внутриутробной дифференциации головного мозга полагают, что в головном мозге в гипоталамусе расположено ядро (так называемая BSTc-область), который определяет восприятие человеком себя как личности определенного пола. Таким образом, BSTc-область образует врожденную половую идентичность. Этот участок формируется в пренатальном периоде, в глубинных структурах центральной нервной системы (ЦНС) на ранних стадиях беременности, в течение гормонально-модулируемого процесса импринтинга ЦНС.

С целью определения сроков старта половой дифференцировки BSTc-области было проведено исследование мужской и женской популяции с возраста середины гестации до взрослого состояния. Используя в качестве маркеров вазоактивный интестинальный пептид и соматостатин, было выявлено, что у мужчин BSTc-область больших размеров и содержит большее количество нейронов по сравнению с женскими показателями. Однако это различие становится наиболее заметным лишь в период зрелости [11].

BSTc-область у женщин на 40% меньше мужской и содержит на 40% меньше соматостатиновых нейронов. Замечено, что такое снижение размеров и концентрации нейронов BSTс-региона коррелирует с транссексуализмом у мужчин [12].

В процессе дифференцировки мозга половой диморфизм наблюдается не только на ранних этапах развития, но и во взрослом состоянии. Публикуются данные, в которых показаны половые различия в познавательных областях [13] и в восприимчивости к неврологическим и психическим расстройствам [14]. Половой диморфизм включает в себя и структурные различия отделов головного мозга и различия в нейрональных связях между ними.

Согласно этой теории, если мозг в перинатальном периоде подвергся маскулинизации под влиянием половых гормонов, некоторых лекарств, стресса и др., то ребенок приобретет мужскую половую идентичность независимо от того, являются ли его гены или гениталии мужскими. Если же структуры ЦНС не маскулинизировались, то ребенок будет иметь женскую половую идентичность вне зависимости от генов и гениталий.

В современной клинической практике при изучении психологических аспектов нарушений формирования пола наиболее применимы теории андрогении и пренатальной половой дифференцировки мозга, так как, лишь учитывая разные стороны проявлений расстройства половой идентификации, возможно выработать правильное решение в психологической адаптации детей при гендерных проблемах. Проблема половой дифференцировки мозга и гендерных ролей у детей остается одной из ведущих в психологии, генетике и педиатрии.

Литература

  1. Исаев Д. Н., Каган В. Е. Половое воспитание детей: медико-психологические аспекты. 1988. 54 с.
  2. Каган В. Е. Воспитателю о сексологии. 1991. 493 с.
  3. Lippa R. A. Gender-related traits in transsexuals and nontranssexuals // Archives of Sexual Behavior. 2001. V. 30. P. 603–614.
  4. De Vries G. J. Minireview: Sex differences in adult and developing brains: compensation, compensation, compensation // Endocrinology. 2004. V. 145. P. 1063–1068. Doi: 10.1210/en.2003–1504.
  5. Davies W., Wilkinson L. S. It is not all hormones: alternative explanations for sexual differentiation of the brain // Brain Research. 2006. V. 1126. P. 36–45. Doi: 10.1016/j.brainres.2006.09.105.
  6. Josso N. Professor Alfred Jost: the builder of modern sex differentiation // Sexual Development. 2008. V. 2. P. 55–63. Doi: 10.1159/000129690.
  7. Savic I., Swaab D. F., Garcia-Falgueras A. Sexual differentiation of the human brain in relation to gender identity and sexual orientation // Functional Neurology. 2009. V. 24. P. 17–28. Doi: 10.1016/B978–0-444–53630–3.00004-X.
  8. Kruijver F. P. M., Zhou J. N., Pool C. W., Hofman M. A., Gooren L. J. G., Swaab D. F. Male-to-female transsexuals have female neuron numbers in a limbic nucleus // J Clin Endocrin Metab. 2000. V. 85. P. 2034–2041.
  9. Chung W. C. J., De Vries G. J., Swaab D. F. Sexual differentiation of the bed nucleus of the stria terminalis in humans may extend into adulthood // The Journal of Neuroscience. 2002. V. 22. P. 1027–1033.
  10. Cohen-Bendahan C. C., Van de Beek C., Berenbaum S. A. Prenatal sex hormone effects on child and adult sex-typed behavior: methods and findings // Neuroscience and Biobehavioral Reviews. 2005. V. 29. P. 353–384. Doi: 10.1016/ J.Neubiorev.2004.11.004.
  11. Cahill L. Why sex matters for neuroscience // Nature Review Neuroscience. 2006. V. 7. P. 477–484.
  12. Carani C., Granata A. R., Rochira V., Caffagni G., Aranda C., Antunez P. Sex steroids and sexual desire in a man with a novel mutation of aromatase gene and hypogonadism // Psychoneuroendocrinology. 2005. V. 30. P. 413–417. Doi: 10.1016/j.psyneuen.2004.10.004.
  13. Smith E. P., Specker B., Bachrach B. E., Kimbro K. S., Li X. J., Young M. F. Impact on bone of an estrogen receptor-alpha gene loss of function mutation // J Clin Endocrin Metab. 2008. V. 93. P. 3088–3096. Doi: 10.1210/jc.2007–2397.
  14. Swaab D. F. Sexual differentiation of the brain and behavior. Best Practice and Research // J Clin Endocrin Metab. 2007. V. 21. P. 431–444. Doi: 10.1016/j.beem.2007.04.003.

Е. К. Кудряшова
А. С. Масель
И. Л. Никитина 1 ,
доктор медицинских наук

ФГБУ СЗФМИЦ им. В. А. Алмазова МЗ РФ, Санкт-Петербург

Источник



Царю Лаю и не снилось… А был ли «эдипов комплекс»?

Царю Лаю и не снилось… А был ли «эдипов комплекс»?

Пишу письмо другу: «Вспомнил свою детскую влюбленность в соседскую девочку Машу и ненависть к соседу Матвею, который громко включал музыку. Думаю, что подобная ситуация знакома многим. И если это так, то мы можем понять глубокую мудрость “Новогодних приключений Маши и Вити”».

Страшная сказка

Если данный пассаж кажется вам бредом, позвольте процитировать аналогичную фразу из письма Зигмунда Фрейда своему другу Вильгельму Флиссу: «Я также обнаружил на своем собственном примере влюбленность в мать и ревность к отцу… и теперь рассматриваю это в качестве универсального явления раннего детства. И если это так, то мы можем понять чарующую силу “Царя Эдипа”». Именно эти строки являются первым упоминанием об одном из краеугольных постулатов психоанализа, впоследствии названном «эдипов комплекс».

Читайте также:  Презентация quot Анализ стихотворения А С Пушкина Анчар quot 9 класс

«Эдипов комплекс» – бессознательное (или частично осознаваемое) сексуальное влечение к родителю противоположного пола и двойственные (т. е. ревность и любовь одновременно) чувства по отношению к родителю своего пола.

Возникает эдипов комплекс в возрасте двух – пяти лет, но то, каким образом распределится либидо в треугольнике «ребенок – отец – мать», становится своеобразным шаблоном, который будет воспроизводиться уже во взрослых любовных отношениях.

Также напомним, что название для этого психоаналитического концепта Фрейд заимствовал у одноименной драмы Софокла. Если очень сократить сюжет «Царя Эдипа», древнегреческому царю Лаю оракул предсказал, что он умрет от руки своего сына. Поэтому царь избавился от новорожденного ребенка, еще и повредив ему ноги («Эдип» с древнегреческого – «имеющий опухшие ноги»). Но ребенка подобрал, выходил и вырастил пастух.

Когда Эдип повзрослел, от также получил предсказание оракула, согласно которому должен был убить своего отца и жениться на своей матери. Что в результате и произошло. Кстати, кончилось все плохо: за это кровосмешение боги жестоко наказали жителей Фив, где Эдип был царем, наслав эпидемию; его мать и жена Иокаста повесилась; сам Эдип лишил себя зрения.

Можно только позавидовать находчивости Фрейда – к простому житейскому наблюдению (влюбленность в мать и ревность к отцу) он подобрал красивую аналогию в классической литературе (трагедию «Царь Эдип») и сделал из нее «психологический закон».

Метод прекрасный, но не уверен, что мировая общественность оценит влюбленность в соседку Машу и чарующую силу «Новогодних приключений Маши и Вити». Но шутки в сторону, попробуем разобраться, насколько фрейдовский «эдипов комплекс» актуален для современной психологии.

Критика современников

Существование «эдипова комплекса» подвергали сомнению еще психоаналитики первой волны, те, кто непосредственно знал Фрейда и учился у него. Если обобщить все доводы «против», то получаются три группы возражений:

1) Идеологические

Карен Хорни, Мелани Кляйн и другие считали, что описанная Фрейдом психодинамика (стремление мальчика овладеть матерью, устранив отца, при этом испытывая перед ним «страх кастрации») – это мужская точка зрения, а у женщин все функционирует иначе. Кроме того, принижать роль матери в жизни мальчика до объекта сексуального вожделения – примитивный сексизм.

2) Биологические

Во времена Фрейда практически не было серьезных исследований по физиологии полового созревания. Половое влечение более-менее явно проявляется в период пубертата, когда происходит так называемый «гормональный взрыв» и организм начинает вырабатывать половые гормоны в достаточной концентрации.

Но это 12–14 лет, а никак не два – пять! При этом найти хоть какие-то физиологические или поведенческие доказательства влечения подростка к родителю противоположного пола не удалось.

3) Социологические

Еще при жизни Фрейда, в 1927 году, антрополог Бронислав Малиновский, изучая культуру и семейные отношения аборигенов Новой Гвинеи, сделал вывод, что «эдипова комплекса» у них не наблюдается (а значит, этот закон не универсальный).

Представители неофрейдизма (такие как Эрих Фромм) утверждали, что привязанность ребенка к отцу либо к матери определяется ценностью социальной роли «отец»/«мать». Разумеется, смысловое наполнение семейных ролей и их значимость будут варьироваться в разных обществах и в разные исторические эпохи.

Кастрированное учение

В 1972 году была опубликована книга Пола Клайна «Факт и фантазия в теории Фрейда» (Paul Kline, Fact and Fantasy in Freudian Theory), которая выдержала множество переизданий (одно из последних в 2014 году). В шестой главе, посвященной эдипову комплексу, автор проводит своего рода метаисследование, пытаясь обобщить результаты 17 наиболее основательных научных экспериментов, целенаправленно проверявших существование эдипова комплекса.

Автор приходит к выводу, что на основании полученных результатов исследования делятся на:

  • полностью исключающие существование эдипова комплекса;
  • полностью подтверждающие существование эдипова комплекса (как его описывал Фрейд);
  • частично подтверждающие эдипов комплекс (например то, что в какой-либо форме существует страх перед родителем своего пола, который можно считать «страхом кастрации»).

Что самое любопытное, большая часть исследований (почти 90 %) относится именно к третьей категории. Общий вывод: что-то похожее на эдипов комплекс действительно существует, но это неточно.

В 2009 году журнал Scientific American опубликовал дискуссионную заметку о «поверженном Эдипе». Одно из проявлений эдипова комплекса заключается в том, что своего брачного и сексуального партнера мы выбираем «по образу и подобию» родителя противоположного пола.

Проще говоря, «идеальный муж» должен быть внешне похож на отца, а внешность «идеальной жены» должна максимально совпадать с обликом мамы в молодости. Дискуссия развернулась между эволюционным психологом Тамасом Берецки и поведенческим экологом Маркусом Ранаталой.

Берецки утверждал, что данное сходство отсутствует, а Рантала (на основании своих исследований) доказывал, что сходство все-таки есть. Рантала экспериментально доказал, что в 92,8 % случаев ширина лица (точнее, скул) избранницы мужчины совпадает с шириной лица его матери.

Трудно сказать, насколько именно этот единственный критерий является решающим аргументом, подтверждающим существование эдипова комплекса. Гораздо интереснее сам перевод проблемы в контекст социобиологических исследований.

Берецки в одной из своих статей пишет, что Фрейд (в своей работе «Тотем и табу») считал эдипов комплекс одним из факторов развития человеческой цивилизации. Согласно Фрейду, именно благодаря «страху кастрации» первобытные люди табуировали инцест, а уже из этих запретов родились все остальные человеческие законы, включая мораль, культурные нормы и т. п.

Тем не менее, современные антропологические исследования доказывают, что запрет на близкородственные браки не является абсолютным и может значительно варьироваться в разных культурах. Например, известно более 200 народностей, где разрешены браки между двоюродными братьями и сестрами.

С другой стороны, существуют современные физиологические исследования, доказывающие, что и у людей, и у животных существуют биологические механизмы, подавляющие сексуальное влечение по отношению к «близкому социальному кругу» (в т. ч. к членам семьи). Одним из таких супрессоров, к примеру, являются феромоны, действующие через обоняние.

Идеальный брак

Если рассуждать с эволюционной точки зрения, то эдипов комплекс (поиск партнера, максимально похожего на родителя противоположного пола и, следовательно, обладающего схожим генотипом) противоречит наращиванию видового разнообразия (что необходимо для выживания).

Движимый эдиповым комплексом человек будет стремиться к инбридингу (то есть к скрещиванию с близкородственными особями), в то время как «идеальным» эволюционным решением является аутбридинг (неродственное скрещивание).

Но это идеальная картина, а что происходит на самом деле? Сегодня существуют уникальные исследования о выборе брачного/сексуального партнера и о последствиях этого выбора в масштабе целых популяций. Например, в 2008 году было опубликовано исследование, охватывающее все браки, заключенные в Исландии в период с 1800 по 1965 год.

Исландия – маленькое островное государство, и близкородственные браки там неизбежны. Как продемонстрировало исследование, наиболее «благополучными» (в плане фертильности и общего состояния здоровья – увы, психологическое благополучие никак не проверялось) оказались браки между троюродными-четвероюродными братьями и сестрами.

Какой из всего этого вывод? Даже если на психологическом уровне эдипов комплекс является полной фикцией, на социобиологическом (и даже на генетическом) уровне выбор брачного/сексуального партнера обусловлен определенной степенью его «знакомости». Похожесть мужа/жены на отца/мать вполне возможна, но вовсе не по тем причинам, которые предполагал Фрейд.

Тем не менее, окончательно «повергать Эдипа» преждевременно (о чем свидетельствует книга Пола Клайна). Отношения между ребенком, матерью и отцом являются базовыми. Разного рода триангуляции (варианты отношений, которые возникают в этом семейном треугольнике) вполне могут оказывать влияние на будущие семейные и сексуальные отношения повзрослевшего ребенка.

Любовь к матери и ревность к отцу – частный случай такой триангуляции. Насколько она распространена и какие последствия вызывает? Надеюсь, мы еще увидим исследования, дающие ответ на этот и другие вопросы.

Источник

«Папа, подвинься»: как работает эдипов комплекс и как с ним справиться

Роман Федоров 02 июля 2020 Рассказываем о том, как Фрейд пришел к созданию термина, почему в понятие не верит научное сообщество и как откорректировать комплекс.

Однажды царь Эдип попал в неприятную ситуацию: убил отца, мать взял в жены и наделал с ней детей. Все это произошло в результате случайных хитросплетений, но Эдип, узнав правду, не смог жить как прежде. Он выколол себе глаза и отправился в изгнание. Такой сюжет был в трагедии Софокла, а не в реальной жизни. Эта история вдохновила Зигмунда Фрейда — родоначальника психоанализа. В дальнейшем именем царя Эдипа он назовет психическое отклонение, которое будет обозначать подавленное сексуальное желание ребенка по отношению к родителю. Это наименование станут использовать миллионы психологов по всему миру. О том, как распознать эдипов комплекс у девочек и мальчиков, а также что делать, если он все-таки нашелся, — читай в новой статье Royal Cheese.

«Мальчик начинает ненавидеть отца как соперника»

Впервые Зигмунд Фрейд употребил термин «эдипов комплекс» в своей книге «Толкование снов» в 1899 году:

«Мальчик, начинающий снова желать свою мать и ненавидеть отца как соперника, попадает, как мы говорим, под влияние эдипова комплекса. Он не прощает матери, что она оказывала услугу полового сношения не ему, но его отцу, и расценивает это как акт неверности».

В своей сути термин обозначает враждебное отношение сына к отцу. Это может проявляться в агрессивном поведении и ревности со стороны ребенка. Комплекс формируется в возрасте от 3 до 6 лет в результате того, что один из родителей не уделяет ребенку достаточного внимания. В дальнейшем это может стать причиной проблем уже у взрослого человека.

Для девочек существует собственный аналог названия этого отклонения, введенный другим мэтром психоанализа — Карлом Юнгом. Они дружили с Фрейдом, но расхождение позиций в вопросе эдипова комплекса толкнуло Юнга создать свой термин. Называется он комплекс Электры — в честь дочери царя Агамемнона. Он обозначает неосознанное желание девочек сблизиться с отцом и соперничество за его внимание с мамой. Признаки девиации у обоих полов разные, однако в целом принцип тот же. В ученом сообществе оба комплекса не признают научно обоснованными.

Отличие нормы от девиации

Зачастую эдипов комплекс никак не мешает жить, и люди могут даже не подозревать, что с ними что-то не так. Однако иногда девиация способна перерасти в нечто страшное. Так случилось в ноябре 2017 года, когда парень из Комсомольска-на-Амуре убил сожителя своей мамы. Причиной послужила жалоба последней на то, что он ее «обижал». В итоге молодой человек вызвал отчима «поговорить» на улицу, где в ходе разговора завязалась драка. В ходе схватки заботливый сын камнем размозжил голову сожителя. После чего спокойно вернулся и доложил, что обидчик ее больше никогда не побеспокоит. Но похожие истории возникают повсеместно по России. Чего же в ней примечательного? А тот факт, что парень убивал возлюбленных матери три раза.

Эксперты отметили типичный эдипов комплекс, где мать выступает в роли жертвы, а сын — в роли защитника. В данной ситуации виноваты оба. Они подсознательно привязались друг к другу, и, чтобы подобное не повторилось в дальнейшем, с ними рекомендовали провести работу психологов.

В теории психоанализа Фрейда эдипов комплекс возникает из-за подавленного сексуального желания ребенка по отношению к родителю. При этом такие мысли выталкиваются в бессознательное из-за страха наказания, но они по-прежнему сильно влияют на развитие ребенка. В качестве предпосылок к формированию комплекса Эдипа психологи называют отсутствие внимания. В результате, когда ребенок достигает сознательного возраста, недостаток ласки и тактильного контакта от одного из родителей и переизбыток от другого возносит условную маму на пьедестал обожания, а отца (или отчима) делает предметом ненависти.

Как распознать в себе комплекс?

Распознать комплекс Эдипа можно. Однако если появились сомнения, то не занимайся самолечением. Скорее всего, ты не психолог и не психотерапевт. К тому же эта девиация не универсальна для каждого. Оставь диагностику профессионалам с репутацией. Делать это лучше с раннего возраста: меры предотвратят проблемы в дальнейшем. Итак, на что обратить внимание:

  1. Мальчик настаивает, чтобы отец или отчим не обнимал, целовал и не трогал его маму. Собственническая позиция.
  2. Девочка с комплексом Электры может заявить, что собирается выйти за своего папу замуж, когда вырастет.
  3. Чрезмерная борьба за внимание одного из родителей. Агрессия по отношению к другому.
Читайте также:  8220 Беспокойная Анна 8221 Фильм 8211 глазами регрессолога

Это позиция Зигмунда Фрейда, который считал, что есть ряд поведенческих моделей у детей, говорящих о наличии эдипального комплекса. Если такую проблему не разрешить в раннем возрасте, в зрелости это приведет к «одержимости» мальчиков к матерям, а девочек — к отцам. Также они будут конфликтовать с однополыми конкурентами и испытывать проблемы в построении романтических отношений.

Как откорректировать эдипов комплекс?

В теории психоанализа Фрейд называет главную причину формирования комплекса. Она обозначена как «конфликт в развитии», который подразумевал у ребенка отсутствие ассоциаций с однополым родителем. Иными словами, ребенок должен копировать поведение, характер и действия родителя своего пола. Так формируется Супер-эго, которое, по сути, является внутренним моральным авторитетом. В итоге подавляются побуждения эдипова комплекса, и человек действует в соответствии с идеалистическими стандартами. По мнению Зигмунда Фрейда, это условие, при котором может сформироваться успешная, здоровая личность.

У ребенка с Супер-эго появляется общее ощущение совести, добра и зла. Также подавлению эдипального комплекса способствуют внешние влияния. Это могут быть социальные нормы и религия. Фрейд в это же время предполагал, что подавленные таким образом чувства могут привести к формированию бессознательной вины. Это может не ощущаться открыто, но будет всячески проявляться в действиях человека.

В любом случае не стоит заниматься самолечением. Проблему в психологии не заклеишь пластырем. Мышление, сознательное и бессознательное, — крайне хрупкий механизм. И обращаться с ним нужно должным образом.

Источник

Почему Эдипов комплекс в подростковом возрасте?

Почему Эдипов комплекс в подростковом возрасте?

В преддверии очередного семинара из цикла «Психоаналитический взгляд на проблемы подросткового возраста» предлагаем вашему вниманию обзорные статьи по вопросам, которые будут затронуты в докладе Александры Оксимец «Работа подросткового возраста» . Надеемся что эта информация будет вам интересна и поможет сделать нашу дискуссию на предстоящей встрече плодотворной и увлекательной.

На эту важную тему в своей статье «Почему Эдипов комплекс в подростковом возрасте? Его актуальность, эволюция и появление в лечении» размышляет Марша Х. Леви-Уоррен, доктор философии, психолог, преподаватель, автор многочисленных работ, касающихся особенностей подросткового развития.

Зигмунд Фрейд открыл важнейшую личностно-образующую структуру в психике человека и назвал ее Эдиповым комплексом. Он стал одним из центральных понятий в психоаналитической теории и практике. В литературе и клинических дискуссиях мы часто сталкиваемся с устойчивым представлением об Эдиповом комплексе как о констелляции, которая относится к опыту маленьких детей. Однако концепция Эдипова комплекса может быть увидена гораздо шире: как совокупность проблем, возникающих в раннем детстве и повторяющихся на протяжении всего развития.

Марша Леви-Уоррен предлагает думать об Эдиповом комплексе как о комбинации, которая сначала формируется в раннем детстве, но затем продолжает развиваться и трансформироваться в течение всего жизненного цикла. Это трансформация отражает то, как мы изменяем представление о себе и объектах с течением времени. Наиболее важными являются способы, которые отражают наше основное представление о себе как о гендерных и сексуальных существах, так и о людях в близких отношениях.

Эдипов комплекс, как правило, считается сочетанием внутренних отношений и фантазий, которые формируются в возрасте от 2 до 6 лет. Марша Х. Леви-Уоррен считает, что необходимо рассматривать Эдипов комплекс как структуру, которая сначала формируется в раннем детстве, а затем продолжает развиваться и трансформироваться на протяжении всего жизненного цикла. Эта трансформирующая конструкция отражает способы, которыми мы меняем наше » Я » и представления об объектах с течением времени. Огромное значение имеют представления, отражающие наше основное ощущение себя как половых и сексуальных существ и как людей в интимных отношениях.

На ранней эдиповой фазе усиливается напряженность в отношениях между детьми и их родителями. Дети в этом возрасте склонны думать в черно-белых тонах, их когнитивная организация не допускает особой двусмысленности: велико их желание однозначно любить своих родителей. Конфликтная смесь негативных и любовных чувств, которые сопровождают Эдипов комплекс, ставит детей перед острой необходимостью объяснять, подавлять и приводить в порядок спутанные аффективные состояния. Чтобы уменьшить напряженность, дети развивают теории о том, почему их родители имеют особенные отношения. Эти сознательные теории успокаивают детей, что позволяет им меньше заботиться о жизни своих родителей и больше сосредоточиться на своей собственной деятельности по мере развития. Детские решения проблем ранней эдиповой эпохи, независимо от исторического времени и места, основаны на существовании отдельных миров для детей и взрослых.

Дети решают, что есть деятельность, которая принадлежит взрослому миру, и существуют знания, которые временно недостижимы. Они становятся менее озабоченными своими родителями, устанавливая, что существует форма отношений, которая является исключительно взрослой. В сущности, поскольку это взрослые отношения, отношения между двумя большими людьми, им не нужно беспокоиться об этом, потому что они все еще маленькие. Теории этого времени уходят в дальние уголки сознания детей, и начинается латентность.

Центральное значение Эдипова комплекса раннего детства заключается, в том, что это первый из многих случаев в жизни человека, когда наблюдается когнитивный и эмоциональный рост, который фундаментально меняет восприятие как социокультурного мира, так и внутреннего мира. Происходит революция в сознании, и эта революция оказывает эффект озарения.

Фундаментальные изменения в сознании, межличностном опыте и идентификации, которые являются основой Эдипова комплекса, происходят впервые в раннем детстве. Затем они развиваются и трансформируются в подростковом возрасте и повторяются в течение всей взрослой жизни.

Важнейшие вопросы эдиповой фазы-вопросы исключительности, ревности, страстных связей, агрессии и так далее — нарастают и ослабевают на протяжении всего развития. Каждый раз, когда эти вопросы всплывают в сознании, происходит реинтеграция предыдущего опыта с опытом настоящего; в каждый период возрождения дети, затем подростки, затем взрослые переформулируют свои представления об отношениях, сексе и поло-ролевой идентичности. Для этого преобразования они используют имеющиеся в их распоряжении ресурсы для понимания своей внутренней и внешней жизни.

На протяжении всего жизненного пути эти изменения ускоряются физическим созреванием, развитием и обстоятельствами жизни. Но, пожалуй, именно в подростковом возрасте актуализация Эдипова комплекса наиболее турбулентна и драматична. Это связано с тем, что впервые подросший ребенок начинает чувствовать силу гормональной активности, чувствует, как тело растет и изменяется. В это время необходим постоянный пересмотр представлений о себе, то есть ментальных образов своего тела. По мере того, как подростки растут интеллектуально и эмоционально, они все больше способны представить себя частью интимной пары, и это трансформирует их самоощущение.

Когда дети по мере достижения половой зрелости переживают всплески роста и другие телесные изменения, они должны начать реорганизовывать свои представления о себе, чтобы осознать свое нынешнее положение, внешний вид, внутренние чувства и ощущения. Они начинают видеть себя уже не маленькими, но достаточно большими, то есть вполне сравнимыми по размеру с родителями.

В романе Ямайки Кинкейд (1983) «Энни Джон» прекрасно описан способ, которым этот процесс может начаться на ранних стадиях подросткового возраста:

«Летом того года, когда мне исполнилось двенадцать, я заметила, что стала выше; большая часть моей одежды больше не подходила. Когда я могла надеть платье через голову, талия доходила мне чуть ниже груди. Мои ноги стали более тонкими, волосы на голове еще более непослушными, чем обычно, маленькие пучки волос появились под мышками, и когда я вспотела, запах был странным, как будто я превратилась в странное животное. Однажды мы с мамой пошли за материалом для новых платьев, чтобы отпраздновать ее день рождения . когда я наткнулась на отрез ткани. Я сразу же сказала, как мне он мне нравится и как хорошо она будет смотреться на нас обоих, но мама ответила: “О, нет. Ты слишком взрослая для этого. Ты просто не можешь всю оставшуюся жизнь выглядеть маленькой!» Сказать, что я чувствовала, как земля уходит у меня из-под ног, было бы слишком мало. Дело было не только в том, что она сказала. Дело было в том, как она это сказала! Никакого сопровождающего смеха. Она не наклонилась и не поцеловала мой влажный лобик. Моя мать сообщила мне, что я нахожусь на грани превращения в юную леди, так что есть немало вещей, которые мне придется делать по-другому.»

Как красноречиво в этом отрывке, описан опыт ощущений, когда тело становится больше и принадлежность к полу более определенной. Этот опыт полон боли потери и страха изменения. Главная героиня особенно сосредоточена на потере способности ее родителя к близкому телесному контакту. Все подростки, достигшие половой зрелости, должны смириться с тем фактом, что они оставляют позади свое детское “маленькое Я” с телом, пол которого, не очень определен и приятный опыт нежного физического контакта с родителями.

Таким образом, в это время эдиповы объяснения, которые основывались на идее, что существуют отдельные миры взрослых и детей, становятся неудовлетворяющими. Эти бывшие дети развивают более взрослые тела и воспринимают себя более взрослыми по духу и поведению. Их половая идентификация становится более сфокусированной на” взрослых » представлениях о гендерных ожиданиях. Это приводит подростков к пониманию, что их родители просто обычные. Такие открытия наполнены смешанными чувствами, что отражено в словах 14-летнего пациента-подростка раннего подросткового возраста:

. Вы знаете, я раньше думал, что мой отец был самым большим, самым сильным, самым умным человеком. И, конечно, я не мог думать иначе. Каждый раз, когда я задавал вопрос, у него был ответ. Я помню, каждый раз, когда самолет летел в небе над нами, и я спрашивал его, куда он летит . он мне говорил!? Я имею в виду: как он знал? Теперь я чувствую, что он ошибается, по крайней мере, в половине из своих ответов. И он становится таким старым. Я сильнее его, и больше тоже. Это странно. Иногда, кажется, что он сжался или что-то в этом роде. Я не знаю. Это как будто. у меня даже и нет отца или что-то в этом роде…

В этой виньетке присутствуют элементы конкуренции, величия и малости, разочарования, эдипального желания « смерти » и чувства потери, которое должно быть частью нашего понимания сложной структуры Эдипа, которое повторяется на протяжении всей жизни. Для подростковой версии мы должны обратить особое внимание на реальность изменения в росте. Для мальчиков, например, приток дополнительной силы и размера затрудняет поддержание прежнего идеализированного образа отца это делает возможность «победы» над их отцами более реальной. Расширение базы знаний дает ощущение, что подростки могут узнать больше, чем их родители в различных сферах.

Символично, что переход в юность — это «смерть» детства и, конечно, смерть ранних представлений о жизни. Есть необходимость совершения символического отцеубийства для решения проблем Эдипова комплекса: фактическое уничтожение родительского авторитета и участия в жизни ребенка. Чтобы дети могли функционировать автономно: завязывать собственную обувь, кормить себя, купаться и т. д., требуется уничтожить чувство, что родителям необходимо выполнять такие родительские роли. То, что дети пережили пассивно через взаимодействие с родителями, теперь они должны активно и независимо выполнять. Для молодых людей теперь рассматривать привилегии и удовольствия детства как вечные больше не представляется возможным, равно как и родителей в их прежних переоцененных и всепроникающих ролях. Родители больше не занимают той же роли в жизни своих детей; они тоже должны справляться с этой потерей.

То, как подростки развиваются в своих мыслях о том, кто их родители, а также их растущий интерес и понимание того, кем они являются, вносят существенные изменения в их интернализованные объектные отношения. Подростковый возраст явно оказывает мощное влияние на идентификацию и фантазии, которые формируют Эдипальную ситуацию, особенно в отношении эротики.

Но всю эту Эдипову драму подростковости можно пережить с достаточно хорошим опытом отношений со своими объектами: когда Эго не утратит способности справляться с натиском импульсов Ид и нападками Супер-Эго. В аналитический кабинет попадают подростки, у которых такой опыт был нарушен или недостаточен, и тогда они вынуждены прибегать к таким защитным механизмам, которые не дают им пройти очередной Эдип успешно и осуществить это внутреннюю трансформацию.

Источник

Adblock
detector