Структура технологической динамики и экономический рост России

Анализ структуры и динамики российской экономики

Состояние экономики России, как и любой другой страны, меняется с каждым годом, поэтому важно всегда следить и анализировать как макроэкономические, так и микроэкономические показатели в экономике. Для того чтобы проанализировать структуру национальной экономики, обычно рассматриваются конкретные изменения в экономике, на основе которых можно понять, какие проблемы возникли или были решены со временем, на что следует уделить внимание и каких изменений экономики можно ожидать в будущем. Стоит отметить, что для более глубокого изучения ситуации экономики в стране следует рассматривать как можно больше влияющих на нее макроэкономических факторов. В статье рассмотрены лишь основные из них.

Цель исследования: проанализировать структуру российской экономики на современном этапе.

Материалы и методы исследования

В ходе работы были использованы такие материалы, как электронные ресурсы, научные статьи, размещенные в журналах, и официальные статистические данные. Методами являются: экономический анализ и синтез информации, сравнение и статистико-экономический метод.

Результаты исследования и их обсуждение

Структура экономики отражает совокупность пропорций и отношений между всеми элементами хозяйственной системы, обеспечивающей ее целостность. Понятие структуры национальной экономики является многоплановым, его можно рассматривать с разных точек зрения, которые характеризуют соотношение различных элементов хозяйственной системы. На формирование структуры национальной экономики оказывают влияние: научно-технический прогресс, длительные процессы общественного разделения труда, рост и усложнение потребностей людей, масштабы и ограничения первичных производственных ресурсов, учет внешнеэкономических факторов [1].

Основным макроэкономическим показателем, характеризующим структуру российской экономики, является валовой внутренний продукт (или ВВП). ВВП – это количество товаров и услуг, произведенное на территории отдельно взятой страны как отечественными, так и иностранными производителями в течение года и выраженное в денежном эквиваленте. Данный показатель является критерием оценки экономики государства.

Рассмотрим, как изменялся ВВП в российской экономике с 2014 по 2018 г. в табл. 1.

Источник

Структура технологической динамики и экономический рост России

4. Структурная политика в России: новые условия и возможная повестка. Доклад НИУ ВШЭ // Вопросы экономики. 2018. № 6. С. 5–28.

5. Леонтьев В.В. Межотраслевая экономика. М.: Экономика, 1997. 479 с.

6. Струмилин С.Г. Проблемы экономики труда. М.: Наука, 1982. 472 с.

7. Анчишкин А.И. Прогнозирование темпов и факторов экономического роста. М.: Макс-Пресс, 2003. 300 с.

8. Яременко Ю.В. Приоритеты структурной политики и опыт реформ. М.: Наука, 1999. 414 с.

9. Яременко Ю. Приоритет структурно-технологическому обновлению народного хозяйства // Российский экономический журнал. 1994. № 1. С. 3.

10. Валентей С.Д. Российский федерализм. Экономико-правовые проблемы. М.: Алетейя, 2008. 320 с.

11. Валентей С.Д. Направления развития региональных экономик в Российской Федерации // Федерализм. 2019. № 3. С. 132–148.

12. Бухвальд Е.М. Стратегия развития малого и среднего предпринимательства в России до 2030 года: амбиции и реалии // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. 2016. № 1 (43). С. 66–80.

13. Бухвальд Е.М. Формирование «точек роста» как инструмент политики пространственного развития экономики России // Вестник ВолГУ. Серия 3: Экономика. Экология. 2017. Т. 19. № 2. С. 8–18.

14. Казинец Л. С. Темпы роста и структурные сдвиги в экономике. М.: Экономика, 1981. 184 с.

15. Alonso-Carrera J., Raurich X. Labor Mobility, Structural Change and Economic Growth // Journal of Macroeconomics. 2018. Vol. 56. Р. 292–310.

16. Samaniego R.M., Sun J. Y. Productivity Growth and Structural Transformation // Review of Economic Dynamics. 2016. Vol. 21. P. 266–285.

17. Brancaccio E., Garbellini N., Giammetti R. Structural Labour Market Reforms, GDP Growth and the Functional Distribution of Income // Structural Change and Economic Dynamics. 2018. Vol. 44. P. 34–45.

18. Vu K.M. Structural Change and Economic Growth: Empirical Evidence and Policy Insights from Asian Economies // Structural Change and Economic Dynamics. 2017. Vol. 41. P. 64–77.

19. Freire C. Economic Diversification: A Model of Structural Economic Dynamics and Endogenous Technological Change // Structural Change and Economic Dynamics. 2019. Vol. 49. Р. 13–28.

20. Romano L., Traù F. The Nature of Industrial Development and the Speed of Structural Change // Structural Change and Economic Dynamics. 2017. Vol. 42. P. 26–37.

21. Gabardo F.A., Pereima J.B., Einloft P. The Incorporation of Structural Change into Growth Theory: A Historical Appraisal // EconomiA. 2017. Vol. 18. Issue 3. P. 392–410.

22. Brondino G. Productivity Growth and Structural Change in China (1995–2009): A Subsystems Analysis // Structural Change and Economic Dynamics. 2019. Vol. 49. P. 183–191.

23. Кругман П. Депрессии – это нечто иное // Экономика для любознательных: о чем размышляют нобелевские лауреаты. М.: Издательство Института Гайдара, 2017. С. 26–27.

24. Сухарев О.С. Структурная динамика экономики России: к новой модели роста // Вопросы территориального развития. 2016. № 4 (34). URL: http://vtr.vscc.ac.ru/article/1975/full

25. Сухарев О.С. Изменение доктрины денежно-кредитной и бюджетной политики в условиях рецессии // Федерализм. 2015. № 1 (77). С. 93–110.

26. Наличие основных фондов по полной учетной стоимости на конец отчетного года // Федеральная служба государственной статистики. URL: https://rosstat.gov.ru/free_doc/new_site/business/osnfond/nal_ved2.htm

27. Прибыль (убыток) до налогообложения c 2017 г. // ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru/indicator/57732

28. Crafts N. The First Industrial Revolution: Resolving the Slow Growth. Rapid Industrialization Paradox // Papers and Proceedings of the Nineteenth Annual Congress of the European Economic Association, Journal of the European Economic Association. 2005. Vol. 3. No 2/3. P. 525–534.

29. Rifkin J. The Third Industrial Revolution: How Lateral Power Is Transforming Energy, the Economy, and the World. New York: St. Martin’s Griffin Pbl, 2011. 304 р.

30. Philbeck T., Davis Т. The Fourth Industrial Revolution // Journal of International Affairs. 2019. Vol. 72. No 1. P. 17–22.

31. Сухарев О.С. Теория реструктуризации экономики. М.: Ленанд, 2016. 256 с.

32. Сухарев О.С. Экономическая теория эволюции институтов и технологий. М.: Ленанд, 2019. 312 с.

33. Сухарев О.С., Ворончихина Е.Н. Стратегия индустриализации экономики. М.: Ленанд, 2019. 320 с.

34. Структура валовой добавленной стоимости по отраслям экономики в соответствии с методологией СНС 2008 (ОКВЭД 2) // ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru/indicator/59210

35. Инвестиции в основной капитал по видам экономической деятельности по полному кругу хозяйствующих субъектов // ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru/indicator/59048

36. Объем инновационных товаров, работ, услуг по 2016 г. // ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru/indicator/31278

37. Инвестиции в нефинансовые активы // Федеральная служба государственной статистики. URL: https://www.gks.ru/investment_nonfinancial

38. Использованный валовой внутренний продукт, годовые данные // Федеральная служба государственной статистики. URL: https://gks.ru/free_doc/new_site/vvp/vvp-god/tab27.htm

39. Трудовые ресурсы // Федеральная служба государственной статистики. URL: https://www.gks.ru/labour_force

Для цитирования:

Сухарев О.С. Структура технологической динамики и экономический рост России. Федерализм. 2020;(4):5-25. https://doi.org/10.21686/2073-1051-2020-4-5-25

For citation:

Sukharev O.S. Structure of Technological Dynamics and Economic Growth of Russia. Federalism. 2020;(4):5-25. (In Russ.) https://doi.org/10.21686/2073-1051-2020-4-5-25

alt=»Creative Commons License» width=»»/>
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.

Источник



Анализ динамики экономического роста РФ

Экономический рост – это тенденция развития экономической системы, которая заключается в увеличении объема выпуска продукции за определенный период времени.

Общая экономическая характеристика Российской Федерации

Экономика России в силу большой площади принадлежащей ей территории и высокой численности проживающего на ней населения является одной из крупнейших и значимых экономических систем в мире. Поэтому особое значение имеет развитие и рост российской экономики, особенностью которой продолжает оставаться переходный характер.

Основным показателем, который характеризует экономический рост страны, является валовый внутренний продукт (в том числе, в расчете на душу населения), темпы его роста и прироста. Они рассчитываются как в номинальном выражении (т.е. в текущих ценах), так и по паритету покупательной способности, в основе которого лежит сопоставление покупательных способностей валют.

Готовые работы на аналогичную тему

По данным группы Всемирного банка и Федеральной службы государственной статистики, в 2019 году объем валового внутреннего продукта Российской Федерации (в номинальном выражении) составил 110 триллионов рублей, или 1 700 миллиардов долларов, что соответствует 11 месту среди всех стран мира. Если брать в расчет показатель валового внутреннего продукта, рассчитанного по паритету покупательной способности, то его величина для России будет равна 4 282 миллиардам долларов, что соответствует 6 месту в мире.

Читайте также:  Сдача анализов при гонорее

Валовой внутренний продукт (по паритету покупательной способности) на душу населения в 2019 году составил для Российской Федерации 29 181 доллар. Это означает, что наша страна по этому показателю занимает 50 место в мире, в полтора раза превышая средне мировой показатель (17 811 долларов).

Факторы динамики экономического роста Российской Федерации

Последнее десятилетие полноценное экономическое развитие Российской Федерации ограничивалось негативным влияние двух мощных факторов внешней среды.

  • Во-первых, это регулярное (начиная с 2014 г.) введение западными странами (Соединенные Штаты Америки, Европейский союз и др.) новых санкций и других ограничительных мер в отношении России, ее граждан и организаций-резидентов.
  • Во-вторых, это высокая волатильность на мировом рынке нефти, которая преимущественно заключалась в снижении мировых цен (нефтегазовые доходы по-прежнему обеспечивают почти треть поступлений в федеральный бюджет и соответствующий мультипликативный эффект для экономики страны).

Помимо этого, отрицательное влияние на развитие экономики Российской Федерации оказывают такие факторы, как ухудшение конъюнктуры мировой экономики и замедление мировой торговли, которое обусловлено экономическим и геополитическим конфликтом межу США и Китайской Народной Республикой.

Сокращению российского экспорта, который является составной частью валового внутреннего продукта страны, в настоящее время объясняется не только замедлением мировой экономики, но и сокращением спроса, особенно на энергетические товары со стороны стран Европейского союза и Китая, перенасыщением топливом на этом рынке в результате теплой зимы и, как следствие, снижением цен.

Необходимо отметить, что существенное значение в формировании роста отечественной экономики будет играть реализация национальных проектов. По замыслам их инициаторов и разработчиков в результате проведения мероприятий, которые эти проекты предусматривают, Россия сможет выйти на траекторию долгосрочного, стабильного, устойчивого и большого экономического роста.

В 2020 г. возник новый фактор – распространение коронавирусной инфекции. В целях ее предотвращения была ограничена работа большого числа магазинов и предприятий, отменены массовые мероприятия. Результатом этого стало крупнейшее замедление российской и мировой экономики, начиная с 2008 г., а по некоторым показателям – с времен Великой депрессии.

Основные динамические показатели экономического роста Российской Федерации

Реальный темп прироста валового внутреннего продукта Российской Федерации (что зачастую и признают в качестве экономического роста страны) последние 8 лет демонстрировал следующие значения:

  • в 2012 году: +3,4%;
  • в 2013 году: +1,3%;
  • в 2014 году: +0,7%;
  • в 2015 году: -2,5%;
  • в 2016 году: +0,3%;
  • в 2017 году: +1,6%;
  • в 2018 году: +2,2%;
  • в 2019 году: +1,3%.

Таким образом, по сравнению с 2011 годом объем ВВП России к 2020 году (следовательно, и вся национальная экономика) увеличился только на 8,5%. Это значит, что среднегодовой реальный темп прироста ВВП за этот период лишь чуть превышал 1%. При этом перед Правительством Российской Федерации долгое время стоит задача по обеспечению темпов экономического роста на уровне не ниже среднемировых (т.е. +3% в год).

За последние года основными отраслями, которые формируют большую часть экономического роста России, являются, прежде всего, добыча полезных ископаемых, а также обрабатывающая промышленность, оказание услуг (обслуживание) в сфере образования, здравоохранения, культуры и спорта.

Основной вклад в прирост ВВП в 2018–2019 годах вносили промышленное производство, финансовая и страховая деятельность, а также оптовая и розничная торговля, темпы роста которых превышали аналогичные показатели предыдущего периода.

В то же время характерной чертой отечественной экономики в последнее время было увеличение потребления домашних хозяйств, за счет чего обеспечивался стабильный рост конечного потребления. Таким образом, главной причиной роста отечественной экономики сейчас является увеличение потребительского спроса. Однако именно это обуславливает сохранение относительно высокой вероятности того, что экономика России в ближайшей перспективе будет и дальше замедляться. Этот вывод становится обоснованным при анализе динамики реальных располагаемых доходов россиян.

Источник

Анализ структуры и динамики инвестиций в РФ

Активное развитие экономики России невозможно без интенсивной внешнеэкономической деятельности, а также привлечения иностранных инвестиций в экономику страны. В будущем, эффективное развитие экономики страны зависит от того, как Россия и ее субъекты хозяйствования проведут внешнеторговые операции и какие шаги предпринимают по улучшению инвестиционного климата, например, обмен опытом, международное инвестиционное сотрудничество, интеграция в международную систему производства и т. п.

В условиях мирового экономического кризиса и его последствий, равно как и под воздействием сезонных колебаний, нестабильности в политической, экономической конъюнктуре в различных регионах мира иностранные инвестиции в российскую экономику осуществляются краткосрочно и отраслевое их распределение крайне неравномерно.[7]

За период с января по июнь 2015 года Россия инвестировала за рубеж $10,25 млрд, в то время как объем инвестиций в Россию составил всего $4,34 млрд, свидетельствует статистика Центробанка.[20]

Таким образом, объем прямых инвестиций России за рубеж в 2,4 раза превысил вложения иностранцев в Россию..

Согласно статистике Центробанка, за последние 15 лет инвестиции России за рубеж были меньше вложений иностранцев только в 2001, 2004, 2006, 2007, 2008, 2012 годах. По итогам прошлого года инвестиции за рубеж были в 2,46 раза больше прямых инвестиций России за границу, по итогам 2013 года — в 1,25 раз больше.[14]

Инвестиции РФ в зарубежные активы других стран и в активы РФ (по данным ЦБ)

Теперь рассмотрим распределение ПИИ в Российскую Федерацию по видам экономической деятельности в 2010 – 2014 гг. (табл. 2).

ПИИ в Россию за 2010 – 2014 годы по видам экономической деятельности

Наименование вида экономической деятельности млн. долл. США
ВСЕГО
в том числе:
Финансовая деятельность, страхование
Добыча полезных ископаемых
Оптовая и розничная торговля
Строительство
Производство и распределение электроэнергии, газа
Обрабатывающие производства
Здравоохранение и предоставление социальных услуг
Деятельность по организации отдыха и развлечений, культуры и спорта
Деятельность гостиниц и ресторанов — 140
Деятельность в области аренды и лизинга — 357 — 579 — 422
Научные исследования и разработки
Сбор, очистка и распределение воды
Образование — 12 — 1
Сельское хозяйство, лесное хозяйство и рыболовство — 30
Транспорт и хранение — 176 — 281 — 457
Недвижимость — 638

Из приведенных данных Центрального банка видно, что к определенным видам экономической деятельности инвесторы проявляют больший интерес. На протяжении 4-х лет с 2010 года по 2013 год лидерами по объему ПИИ являлись: финансовая деятельность и страхование; оптовая и розничная торговля; обрабатывающие производства. Но в период с 2013 года по 2014 год произошло резкое снижение потока инвестиций в обрабатывающие производства, с 16494 млн. долл. США до 331 млн. долл. США соответственно.

Теперь рассмотрим поступление ПИИ в Российскую Федерация по основным странам – партнерам

Прямые иностранные инвестиций в Российскую Федерацию по основным странам – партнерам в 2010 – 2014 гг., млн. долл. США

Наименование страны
Всего по странам
Австрия — 326
Багамы
Виргинские острова (Британия)
Германия
Ирландия — 531
Кипр
Китай
Люксембург — 659
Нидерланды
Соединенное Королевство (Великобритания)
США
Франция
Швейцария — 1
Швеция — 1203

Самое крупное годовое вложение за рассматриваемый период поступило из Великобритании в 2013 году – 18927 млн. долл. США или 27,3% всех прямых инвестиций. По сумме вложений ПИИ за 2010 – 2014 года лидирует Кипр – 40877 млн. долл. США, на втором месте Люксембург – 29450 млн. долл. США, на третьем месте Нидерланды – 28163 млн. долл. США. Сложившаяся ситуация не является благоприятной, так как в основном ПИИ поступают из оффшорных юрисдикций, и по сути не являются иностранными. [9]

2.2 Инвестиционный климат в современной России

Инвестиционный климат — это политическое, социальное и экономическое положение в стране, которое с точки зрения потенциальных инвесторов (государственных и частных) является доходным, и они вкладывают в ее экономику свои капиталы, чтобы способствовать их эффективному использованию, если государство при этом дает гарантию сохранения и свободную репатриацию прибыли.

Одним из ключевых показателей инвестиционного климата в стране считается рейтинг Doing Business, который составляется каждый год Всемирным банком. В 2014 г. Россия вошла в тройку государств, активнее других следующих по пути реформ. В частности, наша страна поднялась сразу на 20 позиций и заняла 92-е место в новом международном рейтинге Doing Business – 2014. Более того, Россия впервые вошла в первую сотню рейтинга, оценивающего условия ведения бизнеса, опередив все три страны БРИК – Китай (96-е место), Бразилию (116-е) и Индию (134-е). Более того, Всемирный банк назвал Россию одним из трёх государств, наиболее активно продвинувшихся за истёкший год по пути реформ, направленных на улучшение предпринимательского климата.

Читайте также:  ПОДГОТОВКА К ИССЛЕДОВАНИЯМ СЛЮНЫ

В 2014 году произошло несколько событий, оказавших значительное влияние на инвестиционный климат в России и настроения работающих в стране иностранных инвесторов. Наиболее важными из них стали введение санкций в отношении России и резкое снижение цен на нефть. Это привело к ухудшению макроэкономической ситуации в России, повышению инфляции, нестабильному курсу рубля, затруднениям с привлечением финансирования и высоким процентным ставкам, ограничениям во внешней торговле и сложностям в работе на отраслевых рынках.

Осложнение международных отношений и ухудшение макроэкономической ситуации в России отразились и на настроениях иностранных инвесторов: в 2014 году объем прямых иностранных инвестиций в экономику России сократился на 70% – до 21 млрд долл. США, достигнув минимального уровня с 2006 года. Во втором полугодии 2014 года Банк России впервые с 2005 года зафиксировал чистый отток прямых иностранных инвестиций.

Эксперты, связанные с деятельностью иностранных компаний, отмечают в 2014-2015 годах сокращение инвестиционных проектов, инициируемых и реализуемых иностранными инвесторами на территории России.

Все эти факторы четче обозначили основные, с точки зрения инвесторов, проблемы инвестиционного климата в России:

-Традиционные проблемы, связанные с государственным управлением и бюрократией

-Неблагоприятная экономическая ситуация, снижающая привлекательность национального рынка и затрудняющая работу на нем

-Неуверенность в последовательности проводимой на национальном уровне экономической политики.

Однако хотя инвесторы, вкладывающие средства в реальный сектор, рассматривают текущую ситуацию как неблагоприятную, они не планируют сокращать свое присутствие в стране. Компании видят потенциал российской экономики и склонны к увеличению объема инвестиций в ближайшие годы.

Результаты исследования основаны на опросе представителей иностранных компаний, являющихся членами Консультативного совета по иностранным инвестициям в России.[13]

2.3Региональное размещение иностранных инвестиций в России

Региональное размещение иностранных инвестиций в России свидетельствует о том, что инвестиционный климат в стране неодинаков и имеет межрегиональные отличия.

С точки зрения инвестиционной привлекательности все регионы России можно разделить на три большие группы.

В первую группу – по существу это инвестиционное ядро России – входят: Москва, Московская область, Санкт-Петербург, Ленинградская область, Татарстан, Тюменская, Нижегородская, Ярославская и Самарская области, Красноярский край. Проводя деление внутри этой группы, можно обозначить три основных уровня регионального привлечения ПИИ в России: Москва, сырьевые регионы и крупные индустриальные центры и регионы, находящиеся в непосредственной близости от них.

Вторая группа регионов включает наибольшее число субъектов РФ и характеризуется средним уровнем привлекательности. Это Белгородская, Оренбургская, Новосибирская, Курская области, Приморский край, Краснодарский край, Башкортостан и другие.

И наконец, третья группа включает в себя перечень регионов, инвестиции в которые практически на направляются. В эту группу входят: республики Ингушетия, Чеченская, Калмыкия, Адыгея, Тыва, Чукотский автономный округ, Еврейская автономная область.

Нетрудно заметить, что основная доля иностранного капитала приходится на регионы с развитой торговой, транспортной, информационной инфраструктурой и высоким потребительским спросом, а также регионы, отличающиеся высокой плотностью экспортно ориентированных предприятий ТЭК.

На сегодняшний день Россия испытывает определенные трудности в привлечении иностранного капитала и его эффективном использовании. Здесь можно выделить ряд причин:

1) регулирование деятельности иностранных инвесторов затрудняется вследствие отсутствия стабильной правовой базы;

2) постоянное ухудшение материального положения большей части населения страны вызывает рост социальной напряженности;

3) коррупция и криминализация отдельных сфер предпринимательской деятельности;

4) неразвитая инфраструктура, в том числе транспорт, связь, система телекоммуникаций, гостиничный сервис;

5) высокая общая политическая нестабильность, в частности нестабильность законодательства;

6) высокий уровень налогообложения и внешнеторговых пошлин;

7) отсутствие единой государственной политики в области привлечения иностранных инвестиций.

Однако, несмотря на перечисленные сложности, Россия обладает большим потенциалом, способным заинтересовать иностранных инвесторов. Это прежде всего:

1) богатые и сравнительно недорогие природные ресурсы (нефть, газ, уголь, полиметаллы, алмазы, лес и др.);

2) огромный внутренний рынок;

3) кадры с достаточно высоким уровнем базового образования, способные к восприятию новейших технологий в производстве и управлении;

4) относительная дешевизна квалифицированной рабочей силы;

5) отсутствие серьезной конкуренции со стороны российских производителей;

6) осуществляемый процесс приватизации и возможность участия в нем иностранных инвесторов;

7) возможность получения быстрой сверхприбыли.

Таким образом, можно сделать вывод, что, несмотря на огромное отставание в экономическом развитии от западноевропейских стран, Россия может сравнительно быстро вырваться вперед при правильном использовании ее возможностей.

Учитывая мировой опыт и специфику нашей страны, можно назвать следующие основные задачи (помимо общего улучшения политической и макроэкономической ситуации), связанные с привлечением иностранного капитала:

1) стабилизация финансового положения как необходимого условия возрождения российской экономики и сокращение дефицита бюджета (путем использования в основном неинфляционных форм его финансирования);

2) подъем отраслей и секторов, важных для жизнеобеспечения страны;

3) ускорение структурной перестройки, развитие новых технических передовых отраслей и производств;

4) становление эффективно действующих хозяйственных единиц;

5) формирование конкурентной рыночной среды, эффективная борьба с монополизмом и создание ликвидной хозяйственной структуры без огромного числа посредников.[14]

Источник

Как изменилась структура российского ВВП с 2014 года

Динамика ВВП за последние пять лет определялась, с одной стороны, ускоренным ростом таких секторов, как добыча полезных ископаемых, сельское хозяйство, и некоторых видов, связанных с ними услуг, а с другой — падением сектора розничной и оптовой торговли и замедляющейся динамикой высокотехнологичных секторов промышленности.

Пять лет структурной перестройки: первые итоги и перспективы ускорения

Недавняя публикация данных Росстата о секторальной структуре произведенного ВВП в первом квартале 2019 г. позволяет оценить структурные изменения в экономике не только за предыдущий год, но и в целом за пять лет, прошедших после падения в конце 2014 г. цен на нефть и девальвации рубля, резко изменивших ценовые пропорции в российской экономике. При этом важно понять, насколько эти изменения корреспондируют с целями ускорения роста производительности труда, а также подушевого ВВП и подушевых доходов, которые, в конечном счете, растут с увеличением производительности.

ВВП по итогам первого квартала 2019 г. вырос на 0,5% в реальном выражении относительно того же периода прошлого года. При этом экономика разделилась на две неравные части: рост наблюдался в 9 секторах (их доля составила 40,2% ВВП в рыночных ценах), а сокращение выпуска — в 8 секторах (59,8% ВВП) (рис. 1). Таким образом, большая часть экономики в первом квартале сокращала выпуск. Однако на это повлияли конъюнктурные факторы, в частности, разовое увеличение ставки НДС. Важно оценить изменение структуры роста ВВП за более длительный период. Объемы экономики за прошедшие пять лет относительно первого полугодия докризисного 2014 г. увеличились всего примерно на 2%. Тем не менее ее структура за этот период заметно изменилась.

Рис. 1. Рейтинг секторов экономики по динамике произведенного ВВП в первом квартале 2019 г. относительно первого квартала 2014 г.

*Деятельность административная (раздел N в ОКВЭД) включает в себя разного рода аренду, прокат и лизинг, туристические услуги, охранную деятельность, уборку помещений и прочее.

Источник: Росстат, расчеты Института «Центр развития» НИУ ВШЭ.

В первом квартале 2019 г. максимальными темпами (от 10 до 15%) относительно первого квартала 2014 г. выросли такие крупные сектора, как добыча полезных ископаемых (прирост на 12,6%) и финансовая деятельность (13,3%), а также менее крупные сегменты экономики, такие, как сельское хозяйство (прирост на 10,9%), культура и спортивно-досуговый сектор (10,9%), а также предоставление прочих услуг, включающее в себя бытовой ремонт и услуги для населения, не включенные в другие группировки (15%) (рис. 1). Довольно высокие темпы роста (близкие к 10% за пять лет) показали сектора государственного управления и транспортировки и хранения. Обрабатывающие производства за пять лет выросли на 4,4%.

Наиболее сильный спад (13-15% за пять лет) показали сектора торговли и водоснабжения и утилизации отходов. Темпами близкими к минус 9% падала деятельность домашних хозяйств, а также сектор предоставления информации и связи. На 3,5% снизились за пять лет объемы выпуска в секторе высококвалифицированных услуг, куда помимо прочего включены и научные исследования (раздел M в ОКВЭД).

Читайте также:  Определение понятия laquo XYZ анализ raquo

Отдельного упоминания заслуживает выпуск высокотехнологичных секторов российской экономики (в этот показатель Росстат включает отдельные подотрасли разных отраслей по ОКВЭД 2). В 2016 г. его прирост составил 10¸1% год к году, в 2017 г. замедлился до 5%, в 2018 г. сократился на 4,9%, а в январе-июне 2019 г. — на 11,5%. В целом по итогам текущего года объем выпуска в «хайтеке» может сократиться на 2,7% по сравнению с 2015 г. (данные за 2014 г. отсутствуют).

С учетом разного удельного веса секторов в произведенном ВВП их роль как драйверов экономической динамики в прошедшие пять лет (с первого квартала 2014 г. по первый квартал 2019 г.) весьма различна. Основные двигатели роста — добыча полезных ископаемых, государственное управление и транспортный сектор — внесли вклад в прирост ВВП в размере 2,7 п.п. (рис. 2). Еще 1 п.п. в совокупности добавили обрабатывающая промышленность и финансы. В целом получается 3,7 п.п. прироста ВВП за счет вышеперечисленных секторов.

Рис. 2. Вклад секторов экономики в прирост произведенного ВВП в первом квартале 2019 г. относительно первого квартала 2014 г., п.п.

*Деятельность административная (раздел N в ОКВЭД) включает в себя разного рода аренду, прокат и лизинг, туристические услуги, охранную деятельность, уборку помещений и прочее.

Источник: Росстат, расчеты Института «Центр развития» НИУ ВШЭ.

Однако падающая торговля внесла отрицательный вклад в размере минус 1,6 п.п., что вывело итоговый результат за пятилетку на 2% прироста экономики в целом (доли остальных секторов с положительным и отрицательным вкладом намного меньше и погашают друг друга). Понятно, что с точки зрения динамики роста экономика нуждается в резком ускорении, однако возникает и другой вопрос: способствуют ли наблюдаемые структурные сдвиги ускорению темпов роста экономики в перспективе?

Исследование на основе новой отраслевой базы WIOD для выделения секторов-драйверов роста производительности на панели стран ОЭСР

Для выделения секторов-драйверов экономического роста мы провели панельное эконометрическое исследование взаимосвязи отраслевых темпов роста совокупной факторной производительности (TFP) и выпуска в 2000-2014 гг. по 43 странам, опираясь на новую версию базы отраслевой статистики WIOD (SEA) и наши расчеты динамики TFP по всем секторам и странам.

Основой нашего исследования послужила модель экономического роста Н. Калдора, базирующаяся на ряде эмпирических закономерностей (законов). В частности, был взят второй закон роста Калдора-Вердорна, постулирующий связь увеличения производительности труда в исследуемом секторе и роста производства в нем, который подчеркивает важность позитивного влияния на экономический рост статических и динамических эффектов масштаба производства, технологических инноваций и обучения (learning by doing).

В связи с тем, что концепция Калдора на момент создания предполагала, что динамическое увеличение отдачи от масштаба характерно не для всех отраслей, а именно для обрабатывающей промышленности, законы роста Калдора ранее использовались для оценки степени важности обрабатывающей промышленности в экономическом развитии в целом. Но сейчас эти эмпирические взаимосвязи, которые можно было бы назвать калдорианскими, часто используются для анализа вклада различных отраслей в общий экономический рост, а также выявления отраслей, способствующих росту производительности и наращиванию экономического роста и доходов работников на уровне экономики в целом.

Базируясь на исходной спецификации, мы в своем исследовании произвели следующие преобразования классической формы исследуемой эмпирической закономерности. Во-первых, в качестве зависимой переменной мы взяли не производительность труда в интересующем нас секторе страны, а рассчитанный нами показатель TFP (total factor productivity), то есть общую факторную (или мультифакторную) производительность, очищенную от влияния затрат труда и капитала (это позволяет в определенной мере решить проблему эндогенности в расчетах). По сути, TFP является «остатком», остающимся после исключения факторов труда и капитала из производственной функции. Таким образом, в нашей спецификации мы не вводили фактор капитала как контрольную переменную, влияющую на рост производительности труда (как это обычно делается), за счет «очищенного» характера зависимой переменной (TFP).

Во-вторых, в качестве независимых контрольных переменных мы ввели в модель такие, рассчитанные по базе WIOD SEA, факторы, как: а) отношение долей зарплат высокооплачиваемых работников и низкооплачиваемых работников в секторах (для учета

фактора человеческого капитала, выраженного в зарплатной пропорции); б) экспорт по ряду крупных отраслей.

Таким образом, математически второй калдорианский закон записывается следующим образом: TFPjt= α1jt+ β1j∗qs jt+ β2j∗ln (labs)jt+ β3j∗expjt+ εjt .

Основное отличие от классической спецификации модели состоит в новых добавленных нами переменных: мы добавляем удельный вес коэффициента оплаты труда в оцениваемых отраслях (ln (labs)jt) и экспорт в годовых приростах (expjt). Мы полагаем, что рост данных показателей будет в общем случае прямо способствовать росту целевой переменной — общей факторной производительности — в силу роста процента квалифицированных работников в отрасли, а также роста экспортного спроса.

При этом мы провели сравнительный анализ по группам стран с разным уровнем дохода. 43 анализируемые страны из базы данных WIOD SEA 2016 на временном промежутке с 2000 по 2014 гг. были разделены на группы стран с высоким доходом (33 страны) и стран со средним доходом (10 стран, включая страны с доходом ниже среднего и выше среднего) на основе классификации Всемирного банка. Число укрупненных секторов составило 14 (вместо изначальных 50).

Расчеты показали, что в целом коэффициент при выпуске по секторам в обеих группах стран и по всем секторам является положительным и в большинстве случаев превышает 0,6, что говорит о выраженной положительной связи роста выпуска и TFP. Этот факт демонстрирует высокую значимость показателя увеличения выпуска для роста общей факторной производительности в ряде секторов, что согласуется с предпосылками модели, соответствующей закону Калдора-Вердорна. Соответственно, есть ряд секторов (с высокой эластичностью роста производительности к росту выпуска в них), ускоренное развитие которых способствует значительно большему ускорению темпов роста производительности на уровне экономик в целом, чем секторов с низкой эластичностью. Эти сектора могут быть названы секторами-драйверами роста общеэкономической производительности (а значит, и драйверами роста подушевого ВВП).

Стоит заметить, что наиболее отвечающими предпосылкам в рамках нашей модели секторами по группам стран можно считать следующие:

— в странах с высоким уровнем подушевого дохода: обрабатывающая промышленность, транспорт, сельское хозяйство, а также (как ни странно) добывающие отрасли, которые в развитых экономиках демонстрируют явно выраженный эффект влияния масштаба выпуска на рост TFP;

— в странах со средним уровнем подушевого дохода (сюда входит и Россия): обрабатывающая промышленность, торговля, транспорт и финансовые услуги.

Следует отметить, что в наших расчетах обрабатывающая промышленность в целях экономии времени на первом этапе учитывалась как единая отрасль, хотя интересно будет в ближайшее время проверить значимость составляющих ее более чем полутора десятков секторов как драйверов роста TFP на уровне экономики в целом.

Выводы

Таким образом, тенденции структурных изменений в российской экономике за последние пять лет лишь частично можно оценить как благоприятствующие ускорению роста производительности труда на уровне экономики в целом; ряд важных секторов отстает. К плюсам можно отнести относительно быстро растущие сектора финансов и транспортных услуг, к минусам — резкое падение торговли (что связано с падением реальных доходов населения, а также с распространением интернет-торговли), относительно медленно растущий сектор обрабатывающей промышленности в целом и снижающийся выпуск «хайтек».

Помимо секторов-драйверов роста производительности, выделенных на основе описанных выше эконометрических расчетов, к долгосрочным драйверам роста можно отнести сектора экономики, связанные с воспроизводством человеческого капитала и проведением научных исследований. Измерение производительности труда в них связано со значительными трудностями, но их значимость для экономического роста трудно переоценить. Однако, как показано выше (рис. 1), за последние пять лет эти отрасли не были в числе лидеров по увеличению объемов предоставляемых услуг (в частности, образование, здравоохранение). Возможно, что дело здесь как в слабом спросе на инновации со стороны реального сектора (о чем может говорить явно замедляющаяся динамика выпуска высокотехнологичных секторов промышленности), так и в существовавших в этот период приоритетах при распределении бюджетных ресурсов.

Источник

Adblock
detector